Возможности, которые дарит «Я-сообщение»

.

1. Прежде всего, оно позволяет родителям вовремя остановить излишне гневные действия. Для иллюстрации приведу дословный рассказ матери о тяжелом для нее воспоминании – эпизоде, в котором она хотела проучить своего сына «раз и навсегда».
«Это было давно, моему сыну тогда было лет шесть. Я помню, болела, лежала в кровати, а он попросился погулять. Вообще наш двор довольно спокойный. Но все-таки мы твердо условились, что он будет гулять только в районе детских площадок, и вернется во столько-то, спросив времяу прохожих. Назначенный час прошел, затем еще час, и еще около часа.

Я начала ужасно волноваться, наконец, вскочила с кровати и бросилась его искать. Обегала все площадки, другие возможные и невозможные места – его нигде не было. Забегала домой: – не пришел ли – нет! – и снова бежала искать. Главное, что такое случилось в первый раз, он, в общем-то, был мальчик послушный.
Когда он, наконец, нашелся, я была «на пределе», и решила его проучить «раз и навсегда». Зловещим голосом (у меня внутри все дрожало) я сказала: «То, что ты сделал, ни в какие рамки не лезет, и я должна тебя наказать! Выбирай: или я тебя выдеру ремнем, или неделю не буду читать книжку на ночь!»
Сын задумался, спрашивает: «А если ремень, то книжечка будет?» «Будет», – мрачно говорю я. «Тогда лучше ремень!» – решил он.
Я велела спустить штаны, нашла в шкафу ремень. «Как мне встать?» – спрашивает он. Тут мне как-то стало не по себе (а началось неловкое чувство, когда он с серьезным и задумчивым видом выбрал книжку). Но мысль о том, что надо доводить наказание до конца, заставила меня хлестнуть его ремнем несколько раз. Сразу после этого мне стало очень стыдно. Было чувство, что я унизила маленького человека, который, кстати, в этой истории держался более достойно, чем я со своим «гневом».
Да и был ли гнев? Сначала – смертельное волнение, а потом, когда он нашелся, с души отлегло, и возникло соображение: «Надо проучить!» Если бы я ему сразу рассказала, как волновалась, думаю, он понял бы все не хуже, и не было бы этого оскорбительного дурацкого случая.
Я уж больше никогда его не била, а когда узнала о «Я-сообщении», то поняла, как выходить из подобных положений».
2. «Я-сообщения» помогают избавляться от другой крайности: некоторые родители, предпочитают скрывать свой гнев во избежание конфликтов с ребенком. Однако это не приводит к желаемым результатам. Как уже говорилось, полностью скрыть свои эмоции невозможно. На самом деле, ребенок всегда знает, сердит родитель или нет. И если сердит, то он в свою очередь может замкнуться, или пойти на открытую ссору. Получается наоборот: вместо мира – война.
Недавно мне довелось присутствовать при разговоре одиннадцатилетней девочки со своей мамой. Девочка была расстроена и вспоминала «все свои обиды».
«Ты не думай, что я не понимаю, как ты ко мне относишься. Я все вижу! Вот, например, сегодня, когда ты вошла и мы крутили магнитофон, вместо того чтобы учить уроки, ты разозлилась на меня, хотя ничего не сказала. А я видела, видела это, можешь не отпираться. Я поняла это по тому, как ты посмотрела на меня, даже как повернула голову!»
Такая реакция девочки была прямым следствием скрытого недовольства матери. Я подумала: какими же тонкими и наблюдательными «психологами» бывают наши дети, и какой урок преподала эта девочка маме (и мне заодно), разбив холодный лед ненужного молчания и дав выход своим чувствам.
3. Следующее замечательное свойство: когда родители используют «Я-сообщения» дети их ближе узнают! Нередко мы закрываемся от детей броней «авторитета», который стараемся поддерживать во что бы то ни стало. Мы носим маску «воспитателя» и боимся ее хотя бы на миг приподнять. Некоторые дети поражаются, узнав, что их мать или отец вообще могут что-то чувствовать (могут только ругаться и наказывать)! Порой это производит на них неизгладимое впечатление, а главное, делает родителя по-человечески близким.
Недавно я слышала, как одна мама говорила по телефону с десятилетним сыном. Мама (педагог по профессии) рассказывала ему о том, как трудное для нее занятие прошло успешно.
«Ты ведь знаешь, – говорила она, – как я волновалась сегодня утром. Но все кончилось хорошо, и я очень рада. И ты рад? Спасибо!»
Было приятно наблюдать такую эмоциональную близость между мамой и сыном.
Кстати, положительными переживаниями тоже надо делиться во что бы то ни стало! Народная мудрость гласит: «Разделенная радость удваивается!»
4. Когда мы с помощью «Я-сообщения» открыто и искренне выражаем свои чувства, дети становятся более искренними в выражении своих. Они начинают чувствовать: взрослые им доверяют, и они тоже могут довериться. Приведу письмо одной мамы, которая спрашивает, правильно ли она поступила.
«Мы разошлись с мужем, когда сыну было шесть лет. Сейчас ему одиннадцать, и он стал глубоко, осознанно, но больше про себя, скучать по отцу. Как-то вырвалось у него: «С папой я пошел бы в кино, а с тобой не хочется». Однажды, когда сын прямо сказал, что ему скучно и тоскливо, я сказала ему: «Да, сынок, тебе очень грустно, и грустно, наверное, оттого, что нет у нас папы. Да и мне невесело. Был бы у тебя папа, у меня муж, было бы нам жить намного интереснее. Сына как прорвало: прислонился к моему плечу, полились тихие горькие слезы.
Всплакнула украдкой и я. Но нам обоим стало легче. Я долго думала об этом дне и где-то в глубине души понимала, что сделала правильно. Не правда ли?»
Мама интуитивно нашла правильные слова, сказала мальчику о его переживании (Активное слушание), а также рассказала о своем («Я-сообщение»). И то, что обоим стало легче, что мама и сын стали ближе друг к другу, – лучшее доказательство действенности обоих методов.

Дети очень быстро перенимают от родителей манеру общения. Это касается и «Я-сообщения».
«С тех пор, как я стал использовать «Я-сообщения», – пишет папа пятилетней девочки, – у дочки почти исчезли просьбы типа «Дай мне!», «Поиграй со мной!» Чаще звучит: «Мне хочется», «Я не могу больше ждать».
Вот таким путем родителям гораздо легче узнавать и о чувствах и потребностях ребенка.
5. И последнее: говоря о своем чувстве без приказов или обвинений, мы оставляем за детьми возможность самим подумать и принять решение. И тогда – просто удивительно! – они начинают нам сочувствовать, учитывать наши желания и переживания. Приведу случай, рассказанный мамой четырехлетнего мальчика.
«Пришли мы с сыном в аптеку. Он захотел витамины, я ему купила.
Потом он увидел другие, стал и их просить. Я сказала: «Сережа, давай договоримся: когда эти витамины кончатся, я куплю другие». Но он начал ныть, а потом – толкать меня и кричать, причем так, чтобы слышали окружающие. Мне было очень неприятно и стыдно. Я уже не замечала вокруг никого, не знала, как выйти из положения. И тогда я громко сказала:
– Мне ужасно стыдно из-за такой сцены.
И вдруг Сережа оглянулся, посмотрел по сторонам на всех, потом прижался ко мне, обнял за ноги и говорит:
– Мам, пойдем. Как хочешь. Вот сколько скажешь съесть витаминок, столько я и съем. Скажешь одну – съем одну, скажешь две – съем две.
Так мы и пошли домой. Он все время заглядывал мне в глаза и повторял, сколько он съест витаминок».

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Обсуждение закрыто.